Форум » Вопросы законодательства » Законопроект "О социальном обслуживании населения" - продолжение » Ответить

Законопроект "О социальном обслуживании населения" - продолжение

selena: Продолжение темы "Закон о соцобслуживании" http://invasovet.myqip.ru/?1-30-0-00000006-000-0-0 Страница 1. Обсуждение и дискуссия в порядке подготовке к общественным слушаниям в ОП РФ 4 июня с.г. Начиная со страницы 2. Материалы к слушаниям (заключения экспертов),Стенограмма и Резолюция слушаний, обсуждаемые варианты изменения принципов социального обслуживания и Концепция социальной службы РФ, дальнейшее обсуждение глоссария и типизации ТЖС

Ответов - 38, стр: 1 2 3 All

Марьяна Соколова: Светлана, добрый день. Я никак не могу уловить мысль "о корпоративном интересе"? "Самостоятельная единица" - она должна быть свободна и независима от кого? И кто будет оплачивать эту независимость и свободу?

selena: Соцзащита

Светлана Бейлезон: Марина, день добрый! Самостоятельная единица в виде квалифицированного соцработника - скорее всего, сотрудник местной соцзащиты. Если междисциплинарная команда складывается не как консилиум представителей разных ведомств, а как сложившийся коллектив, то закономерно, что он будет в массе случаев поддерживать "постоянство внутренней среды". Тогда в случае, если запрос семьи ею не будет осознан и воспринят (покажется чрезмерным, затратным, амбициозным и каким еще угодно), команда будет отстаивать СВОЮ правоту, СВОИ позиции - даже в том случае, если она будет состоять сплошь из прекрасных высококвалифицированных индивидуумов. А "замотивированный на семью" соцработник поможет либо мне выйти из ступора отчаяния и непонятости и точнее определить свой запрос, либо пообщается с комиссией и объяснит лучше меня, в чем я права и где нужно подставить плечо, а не подножку за строптивый характер. Марина, мы ведь ЖИВЫЕ. И потому многое в жизни семьи и потребностях маленького или взрослого человека с инвалидностью существует на уровне, казалось бы, мелочей: нюансов, полутонов, интонации. Эти мелочи мне подчас сложно или неловко проявлять перед лицом "команды". А лицом к лицу я могу это сделать. Бюджетные же механизмы подлежат осмыслению и планированию. я о них не так уж много знаю. Но я на этом форуме не менеджер, а потребитель, адресат программы. И я думаю, что хеллингеровское "не смотри на проблему - смотри на решение" имеет право на существование даже в нашем, достаточно безнадежном, случае.

Марьяна Соколова: Света, а сотрудник местной соцзащиты в связи с чем будет замотирован на семью? Какие такие регуляторы (условия) гарантируют эту "мотивированность"? В случае с междисциплинарным подходом ( а это целый ряд требований, начиная с момента знакомства с семьей, с заключением партнерского соглашения , подписания родителем ИПС только в том случае, если она его устраивает, мониторингом, супервизиями, анкетой оценки качества услуги , заполняемой клиентом и пр.....) я знаю за счет каких инструментов гарантируется индивидуальный подход. А в указанном Вами случаем - какими? И что Вам эта команда, м.б., в Вашем конкретном случае Вас выслушают и все Ваши ожидания, действительно, можно будет закрыть только сопровождением социального работника. Не очень поняла формулировку "представители разных ведомств". Вы полагаете, что междисциплинарная команда может формироваться из специалистов различных департаментов , т.е. чиновников?

murman: Добрый вечер коллеги! Мне кажется замотивированность на семью у сотрудника местной соцзащиты будет сформирована его должностными обязанностями. Да, конечно, он получает деньги у того же окошка, что и члены междисциплинарной команды, но за решение совершенно разных задач. И его неангажированность может быть сравнима с независимостью уполномоченного по правам ребенка. который являясь государственным человеком и получая жалование от государства, тем не менее подчас выступает против других государевых людей. А регуляторы появятся, что-то можно найти и в административной или бюджетной реформе, в частности педалировать роль мониторинга социальных услуг, а за это еще и деньги будут платить и внешняя, сторонняя оценка от социального сотрудника будет очень важна для плательщика услуг. Меня сейчас больше волнует какой вектор движения выстроит новое Министерство, ведь оно уже не соц.развития , а соц.обеспечения или защиты. А это совсем другие расклады, все будет суше, зарегламентированнее, кругом стандарты и нормативы в рамках имеющихся средств, а время инициатив, возможно, так и не наступив, отодвинется в будущее. У нас повсеместно вводятся Рациональные наборы социальных услуг, уже есть финансовые нормативы. Прогнозируем ухудшение качества обслуживания как за счет уменьшения количества услуг, так и за счет убитого индивидуального подхода. Но управление и контроль будет легче, правда легче будет не нам. Вот на этой оптимистичной ноте позвольте мне завершить подготовку к слушаниям. Всем удачи, кто примет участие в слушаниях! Будем ждать. если и не результата, то информации.

Светлана Бейлезон: Марьяна, добрый вечер! О замотивированности на семью Маргарита написала вместо меня и очень ясно. Я, очевидно, неточна в формулировках, прошу прщения. Но, как мне кажется, я имею на это на нашей дискуссионной площадке некоторое право как один из представителей семей в ТСЖ, как совершенно обычный человек, посильно пытающийся на общественных началах разобраться в ситуации и повлиять на нее - и не более того. Сейчас я говорю не о ненужности или избыточности междисциплинарной команды, а о желательном дополнительном "звене", которое не выдумано мною, а давно уже существует между государством и семьей в нескольких странах и работает вполне успешно, семьи довольны, сама слышала. Только и всего. И команды специалистов там есть, и разнообразные формы работы. И никто никому не мешает.

Марьяна Соколова: Дорогие коллеги, Сложно возражать против нормальных объективных желаний. И я ни в коем случае не говорю о том, что такой функционал не нужен. Но я совершенно не понимаю "что это за чудо такое", которое откуда-то возьмется вне контекста системных принципиальных изменений всей системы. Мы уже сутки обсуждаем "социального работника для души" (у них, кстати, и сейчас очень неплохо написанные инструкции и регламенты) , а государство нам предлагает в качестве основного ориентира законопроект вчерашнего дня... с замечательным набором своих социальных работников, оказывающих "услуги". С благодарностью и уважением.

Светлана Бейлезон: ДАЛЕЕ РАЗМЕЩЕНЫ МАТЕРИАЛЫ К СЛУШАНИЯМ, СТЕНОГРАММА 4 июня, РЕЗОЛЮЦИЯ ОП РФ

koloskov: Законопроект "Об основах социального обслуживания в РФ" противоречит жизненным интересам инвалидов с детства, которые неспособны самостоятельно удовлетворять свои жизненные потребности и их правам, предусмотренным Конвенцией о правах инвалидов Наше предложение: На основе международного опыта и опыта пилотных проектов в нашей стране мы предлагаем закрепить в законопроекте право инвалидов, неспособных самостоятельно удовлетворять свои жизненные потребности на получение такого социального сопровождения, которое обеспечит им возможность проживания в жилом фонде и участия в трудовой и досуговой деятельности. Обоснование: 3 мая 2012 года Российской Федерацией ратифицирована Конвенция о правах инвалидов. В соответствии с частью 4 статьи 15 Конституции РФ общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора. Частью b статьи 19 Конвенции предусмотрено, что государства-участники признают равное право всех инвалидов жить в обычных местах проживания и принимают эффективные и надлежащие меры для того, чтобы содействовать полной реализации инвалидами этого права и их полному включению и вовлечению в местное сообщество, в том числе обеспечивая, чтобы инвалиды имели доступ к разного рода оказываемым на дому, по месту жительства и иным вспомогательным услугам на базе местного сообщества, включая персональную помощь, необходимую для поддержки жизни в местном сообществе и включения в него, а также для недопущения изоляции или сегрегации от местного сообщества. 1. Главная проблема в том, что законопроект не предусматривает право инвалидов на получение такой помощи, которая позволит им избежать помещения в интернат, если они самостоятельно не могут удовлетворять свои жизненные потребности. Так, в соответствии с п. 3 ст. 21 законопроекта граждане (и даже семьи), лишенные ухода и поддержки со стороны родственников или иных законных представителей и при этом не способные самостоятельно удовлетворять свои жизненные потребности (утрата способности к самообслуживанию и (или) активному передвижению) или признанные в установленном законом порядке недееспособными могут быть помещены без их согласия в учреждения стационарного социального обслуживания. Отказ от помещения в интернат этих наших сограждан (семей), производится по письменному заявлению их законных представителей в случае, если они обязуются обеспечить указанным гражданам (семьям) уход и необходимые условия проживания. То есть фактически обязанность предоставления услуг необходимых таким инвалидам для проживания по своему месту жительства, перекладывается законопроектом на родственников и законных представителей, при этом компенсация за оказание услуг законопроектом не предусматривается. Вместе с тем уход со стороны родственников за инвалидами указанной категории и поддержка их проживания по месту жительства связаны с постоянными, значительными трудностями, включая физические, психологические и материальные нагрузки, которые для многих граждан непосильны. 2. Законопроектом не предусмотрено право инвалидов на получение помощи и в тех случаях, когда она совершенно необходима им для участия в трудовой, и досуговой деятельности. Вместе, с тем работа и досуг, как правило, являются основными составляющими жизни взрослого человека. Так, сопровождение ограничивается лишь физическим сопровождением в государственные и отдельные социальные учреждения (здравоохранения, культуры, образования), а также в написанием писем и разъяснением информации (ст. 26 законопроекта). Вместе с тем ст. 27 Конвенции предусматривает обеспечение того, чтобы инвалиды могли осуществлять свои трудовые права наравне с другими; d) наделение инвалидов возможностью эффективного доступа к общим программам технической и профессиональной ориентации, службам трудоустройства и профессиональному и непрерывному обучению; e) расширение на рынке труда возможностей для трудоустройства инвалидов и их продвижения по службе, а также оказание помощи в поиске, получении, сохранении и возобновлении работы; Часть 5 ст. 30 Конвенцией требует наделить инвалидов возможностью участвовать наравне с другими в проведении досуга и отдыха и в спортивных мероприятиях. Следовательно, законопроект не направлен на обеспечение права инвалидов на социальную интеграции и жизнь в обществе, предусмотренного Конвенцией. Вместе с тем, мы видим, как в развитых странах такие услуги, как поддерживаемое проживание, образование, трудоустройство дали инвалидам возможность выйти из изоляции и принимать реальное участие в социальной и общественной жизни. Родители детей-инвалидов никогда не согласятся с тем, что в результате принятия законопроекта в нашей стране на годы сохранится дискриминация их повзрослевших детей, их пожизненная изоляция от общества, зависимость от помощи родственников, а при ее отсутствии – помещение в интернат.

selena: ЦЛП, Москва Заключение по законопроекту «Об основах социального обслуживания населения в Российской Федерации» (версия от 09.05.2012) Законопроект в целом по ряду позиций противоречит Конституции и законодательству РФ, Конвенции ООН о правах инвалидов, современным гуманитарным подходам и представлениям о принципах организации и предоставления социальных услуг. Кардинального изменения требуют прежде всего следующие позиции его авторов. 1. Предмет регулирования законопроекта не раскрывается в его содержании, а выбранная структура норм не позволяет формировать полную концепцию регулирования сферы социального обслуживания лиц, находящихся в трудной жизненной ситуации. Констатируя, что предметом регулирования является социальное обслуживание как сфера деятельности (статья 1), законопроект по сути регулирует лишь государственные гарантии в этой сфере. При этом единственная и основополагающая норма, устанавливающая такие гарантии, «спрятана» в ст. 18 «Основания для признания граждан (семей) нуждающимися в социальном обслуживании», название и содержание которой никоим образом не соответствует тому, что в нее помещена рассматриваемая норма. В конкретных нормах прослеживается цель урегулирования социального обслуживания в государственных учреждениях социального обслуживания. Практически все статьи законопроекта, определяющие порядок предоставления социального обслуживания, в качестве поставщика услуг рассматривают государственные социальные службы, предъявляя жесткие требования к возможным получателям социальных услуг и порядку и условиям их оказания. Какие-либо нормы, определяющие рамки свободы установления собственных условий и правил социального обслуживания для негосударственного сектора, отсутствуют. Таким образом, концепция законопроекта, структурное построение, предлагаемые нормы не соответствуют заявленному в статье 1 предмету регулирования. В законопроекте должны быть урегулировано одно из двух: либо – основные положения относительно сферы социального обслуживания независимо от принадлежности поставщика социальных услуг к государственному или негосударственному сектору, а также установлены государственные гарантии по помощи государства в получении социального обслуживания и механизмы их реализации; либо – государственные гарантии помощи государства в получении гражданами, нуждающимися в социальном обслуживании, такого обслуживания и механизмы их реализации. В настоящее время представленный законопроект по содержанию соответствует второму варианту предмета регулирования. Но при этом, как уже было отмечено, нормы, которые задают последующую структуру законопроекта, не выделены в качестве основополагающих. При таком варианте предмета регулирования в первую очередь должен быть четко определен этот предмет: государственные гарантии в помощи государства в получении социального обслуживания гражданами, находящимися в трудной жизненной ситуации; при этом право на социальное обслуживание сужается до права на получение помощи государства для преодоления трудной жизненной ситуации.. На наш взгляд, такое ограничение предмета регулирования законопроекта не соответствует потребностям современного общества. В связи с этим, в первую очередь необходимо определиться с предметом регулирования законопроекта, который будет задавать его содержание и структуру. 2. Нарушение принципа равенства прав на получение социальных услуг. Закладываемые в законопроект нормы по ограничениям в возможности получения социальных услуг при помощи государства противоречат требованиям Конвенции ООН о правах инвалидов, а также конституционному принципу соразмерности (ч. 3 статьи 55 Конституции РФ). Эти нормы – п. 1 ч. 2 ст.6, п. 9 ст. 3, пунктов 2, 6 части 1 статьи 18, ч. 4 статьи 21, ч. 2 ст. 24, чч. 7, 8 статьи 25, ч. 3 статьи 27,пункты 3, 4 части 5 статьи 27, второй абзац части 8 ст. 27,п.1, 2, 5, 6 части 3 ст. 28, пп. 1 ч. 4 ст. 28, п. 1, 4 ч. 1 ст. 37 – ставят возможность получения социальных услуг в зависимость от наличия определенного правового статуса (ребенок-инвалид, инвалид, пенсионер), от наличия заболевания, которое требует лечения, от проживания на определенной территории, а также, например, при установлении условий оплаты социального обслуживания – от наличия родственников. При отсутствии, например, статуса инвалидности, гражданину могут отказать в реабилитационных услугах; при наличии заболевания, требующего лечения, человеку могут отказать в социальном обслуживании. Данный подход к ограничению права на получение помощи государства в социальном обслуживании в ряде случаев несоразмерен объективной необходимости таких ограничений либо прямо противоречит назначению социального обслуживания или Конвенции ООН о правах инвалидов; например: - реабилитационные услуги в соответствии со статьей 26 Конвенции ООН о правах инвалидов должны быть доступны любым лицам с ограниченными возможностями здоровья, а не только инвалидам в соответствии с российским пониманием этого термина; - в целях создания безопасных условий оказания социальных услуг (как для получателей социальных услуг, так и для работников социальных служб) при наличии у гражданина заболевания могут быть установлены особенности оказания социальных услуг для лиц с определенными заболеваниями. Но при этом должны быть установлены объективные критерии выделения лиц с теми или иными заболеваниями в особую группу и созданы все условия для доступности для этих лиц всего объема предоставляемых другим гражданам социальных услуг. Закрепление нормы права, предусматривающей отказ в социальных услугах только на основании наличия у гражданина такого заболевания, является установлением необоснованного различия в правах граждан, находящихся в трудной жизненной ситуации. Особо отметим, что отличия в правах по наличию какого-либо правового статуса могут иметь значение, например, при определении размера оплаты социальных услуг, но – не при определении права на их получение. 3. В законопроекте отсутствуют федеральные гарантии по видам и объему социальных услуг, которые предоставляются гражданам при помощи государства. Решение по данному вопросу в результате полностью отдано на усмотрение регионов, что не позволяет обеспечивать единые для страны требования по социальному обслуживанию. Объем возможного бесплатного социального обслуживания отдан на усмотрение субъекта РФ (ч. 1 ст. 37); согласно законопроекту, критерии определения категорий граждан, которые могут получать социальные услуги бесплатно (за счет государства), – доходы гражданина, находящегося в трудной жизненной ситуации, – не должны превышать величину прожиточного минимума, установленного в субъекте РФ (п. 1 ч.1 ст. 37). В связи с этим не решена одна из основных задач законопроекта, обозначенная ранее в пояснительной записке, – ликвидация региональных различий в гарантиях по социальному обслуживанию. Совокупный анализ положений законопроекта позволяет сделать вывод, что обозначенная цель – ликвидация региональных различий – не может быть достигнута, если в законе не будут установлены гарантии государства по видам социальных услуг и их объему (в том числе предоставляемых полностью за счет государства), предоставление которых будет обеспечиваться на всей территории РФ. Законопроект, перечисляя виды социальных услуг, не устанавливает каких-либо обязательств по их обеспечению. 4. Сужение доступа к услугам по персональному сопровождению. Услуги по персональному сопровождению в том виде, в каком они введены в законопроект, не отвечают потребностям общества. Круг возможных получателей, назначение и спектр таких услуг необоснованно ограничены: право на такой вид услуг ставится в зависимость не от потребности в них в силу определенных обстоятельств, а – от наличия статуса инвалида, как для детей, так и для взрослых (при этом в отношении взрослых право ограничивается также и условием о том, что инвалидность должна быть установлена впервые). Назначение услуг ограничивается только задачей по повышению реабилитационного потенциала, о предоставлении услуг в целях обеспечения активной самостоятельной жизни речи не идет. Кроме того, такой вид услуг в соответствии с законопроектом предоставляется только на дому и не предусмотрен при проживании в стационарных учреждениях социального обслуживания. Между тем, услуги по персональному сопровождению должны предоставляться в любых условиях (стационарных, нестационарных, на дому), и их спектр должен быть значительно шире, чем тот, который представлен в законопроекте (ст. 25). Предлагаемый в законопроекте вариант не отвечает требованиям Конвенции ООН о правах инвалидов. 5. Нормы частей 2, 3 статьи 21 законопроекта противоречат требованиям Конвенции ООН о правах инвалидов, а также конституционному принципу соразмерности (ч. 3 статьи 55 Конституции РФ). Норма ч. 2 вводит ограничение права граждан, лишенных ухода и поддержки со стороны родственников или иных законных представителей и при этом утратившим способности к самообслуживанию и (или) активному передвижению либо признанных в установленном законом порядке недееспособными, на отказ от социального обслуживания, а именно – лишение этих людей такого права. Такой механизм защиты интересов этих людей не соответствует Конституции РФ и, главное, – их интересам. В такой ситуации должны быть определены нормы, аналогичные нормам о медицинском вмешательстве без согласия гражданина или его законного представителя. Нормы ч. 3 (абз. 1, 2) устанавливают объективно недостаточные основания для помещения указанных выше граждан в стационарные учреждения социального обслуживания без их согласия или согласия их законных представителей. Основания должны быть дополнены, как минимум, таким критерием, как невозможность организации социального обслуживания гражданина в других условиях. К оценке ситуации должен быть привлечен орган опеки и попечительства. Постановка вопроса о помещении гражданина в интернат без его согласия должна быть обусловлена также гарантией возможности выбора различных моделей организации жизни в стационарном учреждении, а не замкнута привычным вариантом интернатной системы. Кроме того, норма сужена до регулирования лишь ситуации помещения в стационарное учреждение. В интересах гражданина вполне может оказаться необходимым социальное обслуживание на дому без согласия гражданина. Обе ситуации объективно равнозначны, но в законопроекте регулируется только одна из них. Нормы абз. 3 ч. 3 развивают нормы ч. 2 о лишении рассматриваемой категории граждан права на отказ от социального обслуживания. В соответствии с абз. 3 ч. 3 статьи отказ от услуг учреждений стационарного социального обслуживания граждан (семей), утративших способность удовлетворять свои основные жизненные потребности или признанных в установленном законом порядке недееспособными, обусловлен обязательством их законных представителей обеспечить указанным гражданам (семьям) уход и необходимые условия проживания. Предлагаемая норма противоречит Конституции РФ и Конвенции ООН о правах инвалидов, поскольку разработчики тем самым ставят право человека на выбор места жительства и, соответственно, условий проживания – от наличия законных представителей, которые обязуются осуществлять определенные функции. Имея в виду законных представителей, разработчики сужают категорию граждан до несовершеннолетних и недееспособных граждан, что не соответствует той категории, которая заявляется в статье. В данном случае также необходимо иметь в виду, что законные представители в соответствии с общими нормами гражданского и семейного законодательства должны выполнять указанные в статье обязанности без дополнительных обязательств. Всем без исключения получателям социальных услуг должно быть гарантировано право на отказ от социального обслуживания и от определенных условий его предоставления (стационар, модель организации жизни в стационаре, другое). Если в интересах гражданина должен быть поставлен вопрос о продолжении его стационарного обслуживания без его согласия, то механизм принятия решения о его продолжении без согласия получателя должен быть аналогичен механизму помещения в стационарное учреждение без согласия получателя социальных услуг (см. комментарий к абз. 1, 2 ч. 3). Т. е. если гражданин отказывается от пребывания в стационаре, уполномоченные органы должны исследовать ситуацию на предмет возможности организации его социального обслуживания в других условиях, и только при невозможности этого – выносить вопрос о продолжении стационарного обслуживания в суд. Крайне важно на федеральном уровне определить критерии, по которым может быть поставлен вопрос о помещении гражданина в стационарное учреждение социального обслуживания без его согласия, и основания и порядок принятия решения об обращении в суд по такому поводу (ч. 3 ст. 21). Необходимо также определить порядок действий социальных служб и государственных органов в ситуации, когда получатель социальных услуг в стационарных условиях отказывается от их получения, выбирая иные условия предоставления услуг (на дому, в нестационарных условиях, в других стационарных учреждениях). Во всех этих ситуациях получателю социальных услуг должна быть гарантирована правовая помощь. 6. В ст. 35 законопроекта затронуты вопросы межведомственного взаимодействия при организации социального обслуживания. Современное общество нуждается в установлении основ взаимодействия государственных социальных служб, уполномоченных органов и представителей негосударственного сектора, в том числе лиц, оказывающих добровольческую помощь (волонтеров). Практика показывает, что государство в лице социальных служб, органов социальной защиты населения – не принимает помощь со стороны негосударственного сектора, в том числе и тогда, когда потребность в ней неоспорима, а путей конструктивного взаимодействия стороны не находят. 7. Разработчики законопроекта учли замечания о снятии ограничения круга поставщиков социальных услуг при реализации государственных гарантий. Однако, на наш взгляд, новые нормы (ст. 36 законопроекта) не отражают возможной роли негосударственного сектора в реализации государственных гарантий по социальному обслуживанию. В соответствии со статьей 6 Бюджетного кодекса РФ государственные (муниципальные) услуги (работы) – услуги (работы), которые оказываются (выполняются) органами государственной власти (органами местного самоуправления), государственными (муниципальными) учреждениями и в случаях, установленных законодательством Российской Федерации, – иными юридическими лицами. В связи с этим, в целях формирования политики по использованию других механизмов обеспечения населения необходимыми социальными услугами (помимо государственного задания, реализуемого государственными социальными службами), а именно – размещения государственного заказа на эти услуги, необходимо ввести в законопроект прямую норму о том, что социальные услуги, оказываемые в рамках государственных гарантий по социальному обслуживанию, могут оказываться и иными лицами, а не только государственными учреждениями. 8. Законопроект имеет множество недочетов юридической техники. Пример: в п. 3 ч. 1 ст. 37 применяется термин «несовершеннолетние дети» (в соответствии с законодательством, ребенок – лицо, не достигшее совершеннолетия). Здесь таблица поправок ЦЛП "Москва" http://files.mail.ru/XTWS9M

selena: Комментарий Рагозиной Людмилы Георгиевны, (главный специалист, руководитель проектов направления «Муниципальное экономическое развитие», Институт экономики города, Москва) Выполненный по просьбе Комиссии ОП РФ как сводный анализ всех поступивших поправок, в т.ч.наших Аналитическая записка по концепции организации деятельности в области социального обслуживания населения 1. Проблемы концепции предложенного законопроекта Необходимость создания нового законопроекта о социальном обслуживании вызвана тем, что действующее законодательство уже не отвечает ни экономическим вызовам, в которых действует государственная система социального обслуживания, ни потребностям и запросам потребителей услуг. Нарекания на качество социального обслуживания стали поступать в органы власти всех уровней еще в середине 90-х годов. Не улучшило, а скорее ухудшило ситуацию (по качеству и доступности услуг), полное исключение органов местного самоуправления из сферы влияния на социальное обслуживание населения (2003- 2005г.). Законопроект «Об основах социального обслуживания населения в Российской Федерации», подготовлен Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации по поручению Президента Российской Федерации. Цель создания законопроекта: реализация новых задач социального обслуживания, обсужденных на заседании Президиума Государственного совета Российской Федерации 25 октября 2010 года. Исходя из смысла обсуждений проблем социального обслуживания населения, новый законопроект о социальном обслуживании должен был предусмотреть следующие принципиальные позиции: - включение общественных организаций и социально ориентированного бизнеса в сферу предоставления социальных услуг, развитие благотворительности; - предложение механизмов морального и материального стимулирования сотрудников социальной сферы с целью повышения их ответственности за качество предоставляемых услуг; - предложение механизмов повышения материально-технической оснащенности учреждений сферы социального обслуживания, а также качества предоставляемых социальных услуг. По сравнению с действующими федеральными законами в сфере социального обслуживания населения, законопроект в определенной степени эти задачи решает. Общую концепцию законопроекта можно представить в следующей логической цепочке (схема 1): Схема 1. http://files.mail.ru/OZ8SUP Комментарий к схеме 1: (1). Законопроект в определенной степени задает общие правовые рамки, принципы и подходы к деятельности в сфере социального обслуживания. Однако декларируемые подходы и принципы остались в рамках привычной, уже действующей конструкции предоставления услуг в сфере социального обслуживания . Разработчики законопроекта пытались включить в него новые подходы и лучшие зарубежные практики в области социального обслуживания, такие как, например: идея профилактической направленности социального обслуживания, технология социального сопровождения, включение некоммерческого сектора в сферу поставщиков социальных услуг. Вместе с тем, мысль о профилактической направленности социального обслуживания не была развита в положениях законопроекта. Под давлением критических замечаний, разработчики законопроекта переадресовали данную проблему субъектам РФ, возложив на них обязанности разработки и реализации мероприятий, направленных на профилактику попадания граждан в трудную жизненную ситуацию (п.16 ч. 1 ст. 13 законопроекта в редакции от 9 мая 2012г.), превратив, таким образом, ценную идею в декларативную норму, которая, по-прежнему, совершенно не привязана к концепции предлагаемого законопроекта, и может рассматриваться, как благое пожелание его разработчиков. (2) – (3). В законопроекте допущена одна концептуальная ошибка, которая не позволяет вывести деятельность в области социального обслуживания за пределы сложившейся неэффективной схемы - допускается смешение органов, принимающих решение об индивидуальной программе (фактически, о пакете социальных услуг, необходимых гражданину (семье) для преодоления трудной жизненной ситуации), и поставщиков услуг ( ч.3 ст.22, ч.2 ст. 23 законопроекта). Из этой логической связки вытекает та модель учреждений и организаций социального обслуживания, выстроенная в законопроекте, которой государство доверяет, т.е. - государственная система учреждений социального обслуживания. Это приводит к внутреннему противоречию законопроекта: с одной стороны, разработчики пытаются ввести общее регулирование деятельности в сфере социального обслуживания, в т.ч. осуществляемой негосударственным сектором услуг, например: юридические лица иных (негосударственных) организационно-правовых форм, индивидуальные предприниматели, благотворители и добровольцы, осуществляющие деятельность по социальному обслуживанию, - названы в числе поставщиков социальных услуг (ч.4 ст.3), они же включены в систему социального обслуживания (ст.29); к полномочиям субъектов РФ отнесена организация поддержки социально ориентированных НКО в области социального обслуживания (п.21 ч.1 ст. 13); расширен круг получателей бюджетных средств, направляемых на социальное обслуживание (п.2 ч.3 ст.36); с другой, - вся конструкция законопроекта выстроена в старой схеме организации социального обслуживания через систему государственных учреждений разного типа (ст.30). В случае, если государственные учреждения, как поставщики услуг самостоятельно будут принимать решение о наборе услуг, предоставляемых гражданину, а органы власти (как заказчика услуг) информировать о количестве набранных клиентов для формирования ему государственного задания, никогда НКО не смогут участвовать в таких неконкурентных условиях в системе социального обслуживания. Кроме того, сохраняются ограничения бюджетного законодательства: государство предоставляет бесплатные услуги социального обслуживания в объеме государственного задания(заказа) на базе государственных учреждений (таково требование бюджетного законодательства). Некоммерческий сектор может участвовать лишь в конкурсном распределении социальных услуг в сфере социального обслуживания, осуществляемого на платной основе. Это представление о государстве, как единственном гаранте финансовой, организационной, материальной и кадровой поддержки деятельности в сфере социального обслуживания приводит к той логике законопроекта, которая критикуется. Такое представление о системе социального обслуживания ограничивает возможности сферы имеющимися ресурсными возможностями государства и принятыми национальными стандартами по видам социальных услуг, их качеству (с учетом имеющихся ресурсов) и типам учреждений, их предоставляющих. В свою очередь, ресурсные ограничения сводят на нет первоначальный посыл о профилактической стороне социального обслуживания, а инновационные технологии в форме социального сопровождения вырождаются в представление лишь о физическом сопровождении клиентов социальных служб в государственные и отдельные социальные учреждения (здравоохранения, культуры, образования), а также в написание писем и разъяснение информации (ст.26 законопроекта в ред. от 9 мая 2012 г.). (4). Система контроля качества и безопасности социального обслуживания достаточно полно регламентирует оценку процедур предоставления услуг, но не регламентирует оценку качества и результативности услуг, в том числе с точки зрения их получателей. Это вызывает справедливую критику со стороны экспертов, которые не увидели в предлагаемой системе социального обслуживания действенного механизма для преодоления гражданином (семьей) трудной жизненной ситуации, скорее, предлагаемые меры будут консервировать сложившуюся ситуацию с целью не допущения ее ухудшения. В названии законопроекта сделано заявление об установлении неких фундаментальных принципов организации социального обслуживания населения в Российской Федерации с целью преодоления гражданами (семьями) трудной жизненной ситуации, в которой они оказываются – «основы». Но, законопроект относится больше к техническим, а не концептуальным документам, концептуальные положения в законопроекте развиты слабо, отсюда - ощущение его недоработанности, отсутствие новизны в подходах. Подобная концепция законопроекта отражает взгляд на организацию социального обслуживания со стороны чиновников, и совершенно не отражает потребности потребителей услуг сферы социального обслуживания, поэтому требуют широкого обсуждения экспертным сообществом. 2. Предложения экспертов по изменению концепции законопроекта: Социальное обслуживание, как вид деятельности, не всегда решает проблему преодоления гражданами (семьями) трудной жизненной ситуации. В большинстве случаев необходим комплекс межведомственных мер. Социальное обслуживание осуществляется по заявительному принципу, т.е. после наступления трудной жизненной ситуации, поэтому профилактические возможности социального обслуживания ограничены. Как меру профилактического воздействия, данную сферу можно рассматривать лишь с точки зрения недопущения усугубления для гражданина (семьи) трудной жизненной ситуации. Россия, как социальное государство, гарантирующее своим гражданам поддержку в случае попадания в трудную жизненную ситуацию, и с целью ее преодоления, должна изменить в целом концепцию своей социальной политики, изменив ее вектор. Гражданин больше не должен рассматриваться как пассивный получатель различного вида социальной помощи (в т.ч. услуг), назрела необходимость в структуру социальной поддержки в форме услуг ввести понятие «социальное сопровождение». В данном случае система социального обслуживания в традиционном ее понимании будет лишь частью услуг в комплексе мер социального сопровождения. Плюсы предложений Подобный подход действительно позволит осуществлять консолидированное воздействие на человека (семью). При решении каждого отдельного случая трудной жизненной ситуации появляется реальная возможность объединения усилий многих заинтересованных акторов (органов власти, НКО, волонтеров и т.п.), что многажды увеличивает вложенные ресурсы и надежду на достижение требуемого результата. Гражданин (семья) становится соучастником процесса, усиливается его ответственность, а значит, меньше возникает рецидивов трудной жизненной ситуации. Свободно развивается новый рынок социальных услуг. Минусы предложений Данные концептуальные предложения необходимо «загнать» в технические правовые нормы, в противном случае, эти предложения будут носить декларативный характер. Учитывая их глубокий «философский» смысл это будет сделать трудно. Возможно, нужно иметь некий надстроечный документ в виде Концепции государственной политики в сфере организации деятельности по предоставлению мер социальной поддержки гражданину (семье) с целью преодоления трудной жизненной ситуации, которая стала бы основой модификации значительной части российского законодательства в области социальной защиты и поддержки населения. Учитывая изложенное выше, Комиссия по социальной политике Общественной палаты РФ предлагает экспертам обсудить возникшую коллизию и выразить свое отношение к одному из предлагаемых вариантов заключения по предлагаемому законопроекту для формирования резолюции: 1) Концепция законопроекта требует пересмотра в части возвращения в нее идеи профилактической направленности услуг социального обслуживания, которая может быть реализована через развитие института социального сопровождения (в т.ч.: социально-психологического, социально-педагогического, социально-бытового и т.п.), а также за счет расширения и уточнения инструментов привлечения к процессу социального обслуживания негосударственных поставщиков социальных услуг. 2) Концепция законопроекта не требует изменения, но требует четкого оформления линия законопроекта, касающаяся представления о том, что данный законопроект регулирует лишь государственные социальные услуги в сфере социального обслуживания, причем, услуги, гарантированные государством. В этом случае нужно уточнить формы привлечения государством негосударственных поставщиков социальных услуг к реализации стоящих перед государством задач. 3) Оставить концептуальные подходы без изменений и лишь осуществить редактирование отдельных положений законопроекта (в соответствии с редакционными правками – Таблица №1). Приложение Трудная жизненная ситуация – это объективная/субъективная ситуация, в которую попадает/может попасть гражданин (семья), которую он/она не может преодолеть самостоятельно, это – плохо для гражданина (семьи), т.к. в результате попадания в трудную жизненную ситуации ухудшается качество жизни гражданина (семьи), возникают риски нарушения социальных связей, риски снижения его социальной и экономической активности. Но, эти проблемы являются также рисками и для государства (в результате снижения качества человеческого потенциала), поэтому государство (включая субъекты РФ) берет на себя функцию поддержки гражданина (семьи) для полного вывода его из трудной жизненной ситуации, или не допущения ухудшения трудной жизненной ситуации. Соотношение понятий «социальное обслуживание» и «социальные услуги». Социальная поддержка гражданина (домохозяйства/семьи), в широком смысле этого понятия, может осуществляться как в форме различных видов денежной и натуральной помощи, так и в форме различного вида социальных услуг. Предмет регулирования данного законопроекта - сфера социального обслуживания – одна из форм социальной поддержки гражданина (домохозяйства/ семьи) в широком смысле этого понятия, поэтому социальное обслуживание, как сфера деятельности, осуществляется в форме предоставления различного вида социальных услуг.

selena: Рагозина Людмила Георгиевна, главный специалист, руководитель проектов направления «Муниципальное экономическое развитие», Институт экономики города, Москва Сводный анализ редакционных поправок к законопроекту «Об основах социального обслуживания населения в Российской Федерации» в ред. от 09 мая 2012 г. http://files.mail.ru/X3WRBU

selena: Стенограмма Общественных слушаний http://files.mail.ru/X25UH1

selena: 04.06.2012г. Резолюция слушаний Комиссии Общественной палаты РФ по социальной политике, трудовым отношениям и качеству жизни Государственная система социального обслуживания в Российской Федерации за последние 15-20 лет развивалась преимущественно по экстенсивному пути. Строясь по сугубо ведомственному принципу она ориентирована преимущественно на получение значительных бюджетных средств при низкой эффективности и результативности деятельности ее служб. При этом в России параллельно развиваются эффективные технологии социального обслуживания развиваемые некоммерческим сектором. Отдельные новации социального обслуживания, возникшие на уровне регионов и муниципалитетов (например: социальное сопровождение семей с детьми инвалидами, социальный патронаж детей сирот, вышедших за стены интернатных заведений, а также взрослых, освободившихся из мест лишения свободы и т.п. с вовлечением в этот процесс некоммерческого сектора), не нашли отражения в новой федеральной социальной политике. В европейских странах гарантом и заказчиком социальной работы также является социальное государство – субъект социальной политики. Но модель социальной работы в них основана на комплексном решении проблем человека (семьи), попавшего в трудную жизненную ситуацию, основанной на модели социального сопровождения, в основе которой лежат фундаментальные принципы: • самостоятельность каждого попечительства при рассмотрении частных вопросов и централизация общего направления дел; • индивидуализация помощи при детальном обследовании каждого нуждающегося; • привлечение всех слоев общества к активному участию в деле оказания социальной поддержки гражданам, оказавшимся в трудной жизненной ситуации. Программная статья В.Путина «Социальная политика в России должна измениться», опубликованная 13.02.2012г., явно продемонстрировала нацеленность государства на модернизацию социальной сферы. По его мнению, необходимо в ближайшее время «ликвидировать зоны потерь в социальном секторе, когда ресурсы тратятся впустую, когда поддерживаются по инерции неэффективные учреждения, когда интересы тех, кто работает в учреждениях ставятся выше интересов тех, на кого они работают». В подтверждение этому тезису, Российская Федерация 3 мая 2012 года ратифицировала Конвенцию о правах инвалидов и утвердила Национальную стратегию действий в интересах детей на 2012-2017годы (Указ Президента РФ от 01.06.2012года №761). Как отмечено в проблемах Национальной стратегии действий в интересах детей на 2012-2017 годы: • Сохраняется неравенство между субъектами Российской Федерации в отношении объема и качества доступных услуг для детей и семей. • Имеющиеся механизмы обеспечения и защиты интересов детей недостаточно эффективны, не исполняются международные стандарты в области прав ребенка. • Низка эффективность профилактической работы с неблагополучными семьями и детьми. • Сохраняется социальная исключенность уязвимых категорий детей (детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, детей-инвалидов), которую не решают имеющиеся механизмы социальной работы. • Отсутствуют механизмы обеспечения участия детей в решении вопросов, затрагивающих их непосредственно. Перечисленные и другие проблемы требуют изменения общей концепции организации социальной работы в Российской Федерации, переориентации ее на приоритет профилактических механизмов в структуре услуг. Представленный на заседании Комиссии проект Федерального закона «Об основах социального обслуживания населения в Российской Федерации» в определенной степени задает общие правовые рамки, принципы и подходы к деятельности в сфере социального обслуживания. В нем сделана попытка выйти за пределы ведомственного взгляда на проблему социального обслуживания. Разработчики законопроекта пытались включить в него новые подходы и лучшие зарубежные практики в области социального обслуживания, в том числе: идею профилактической направленности социального обслуживания, технология социального сопровождения, включение некоммерческого сектора в сферу поставщиков социальных услуг. В законопроекте получили дальнейшее развитие ряд общеупотребимых терминов, которые являются теоретической основой конструкции социального обслуживания («трудная жизненная ситуация», «социальная услуга», «социальное обслуживание»). В законопроекте достаточно полно систематизированы виды помощи. Вместе с тем, участники заседания Комиссии – эксперты и представители некоммерческих организаций, профессионально занимающихся предоставлением населению социальных услуг, - отметили, что предлагаемый законопроект имеет ряд принципиальных недостатков: (1). В названии законопроекта сделано заявление об установлении неких фундаментальных принципов - «основ» организации социального обслуживания населения в Российской Федерации с целью преодоления гражданами (семьями) трудной жизненной ситуации, в которой они оказываются. Но, законопроект относится больше к техническим, а не концептуальным документам, концептуальные положения в законопроекте развиты слабо. В законопроекте отсутствует глава институционального характера, определяющая: место социального обслуживания в общей системе социальной защиты и поддержки населения, гарантированной государством; основных субъектов и объектов системы социального обслуживания; перечень и объем социальных гарантий в сфере социального обслуживания, предоставляемых гражданам Российской Федерации государством; а также меры ответственности государства и поставщиков услуг за не предоставление или ненадлежащее предоставление услуг в сфере социального обслуживания. (2). Разработчики законопроекта учли замечания о снятии ограничения с круга поставщиков социальных услуг при реализации государственных гарантий. Однако новые нормы (ст. 36 законопроекта) не отражают возможной роли негосударственного сектора в реализации государственных гарантий по социальному обслуживанию. Концепция законопроекта осталась в старой институциональной парадигме, в ней сохранилось представление о том, что государство является главным поставщиком услуг в сфере социального обслуживания. Это привело к системной ошибке, которая не позволяет вывести деятельность в области социального обслуживания за пределы сложившейся модели: по-прежнему допускается смешение органов, принимающих решение об индивидуальной программе (фактически, о пакете социальных услуг, необходимых гражданину (семье) для преодоления трудной жизненной ситуации), и поставщиков услуг ( ч.3 ст.22, ч.2 ст. 23 законопроекта), что ведет к внутреннему противоречию законопроекта. С одной стороны, разработчики законопроекта пытаются ввести общее регулирование деятельности в сфере социального обслуживания, в т.ч. осуществляемой негосударственным сектором услуг, например, вводятся нормы: - юридические лица иных (негосударственных) организационно-правовых форм, индивидуальные предприниматели, благотворители и добровольцы, осуществляющие деятельность по социальному обслуживанию, - названы в числе поставщиков социальных услуг (ч.4 ст.3), они же включены в систему социального обслуживания (ст.29); - расширен круг получателей бюджетных средств, направляемых на социальное обслуживание (п.2 ч.3 ст.36). С другой, - сохраняются ограничения бюджетного законодательства: государство предоставляет бесплатные услуги социального обслуживания в объеме государственного задания (заказа) на базе государственных учреждений (в соответствии с требованиями бюджетного законодательства). Некоммерческий сектор сможет участвовать лишь в конкурсном распределении социальных услуг в сфере социального обслуживания, осуществляемого на платной основе. По-прежнему допускается возможность того, что поставщики услуг, самостоятельно могут принимать решение о наборе услуг, предоставляемых гражданину. В этом случае органы власти (как заказчик услуг) естественным образом будут стремиться к сохранению старой институциональной модели социального обслуживания через систему государственных учреждений разного типа (ст.30). НКО никогда не смогут участвовать в системе социального обслуживания при таких неконкурентных условиях. Такое представление о системе социального обслуживания ограничивает возможности социальной сферы имеющимися ресурсными возможностями государства. В свою очередь, ресурсные ограничения сводят на нет первоначальный посыл о профилактической стороне социального обслуживания, который превращается в декларативную норму , а инновационные идеи, например, о социальном сопровождении, из ценной комплексной технологии, вырождаются в представление лишь о физическом сопровождении клиентов социальных служб в государственные социальные учреждения (здравоохранения, культуры, образования), а также в написание писем и разъяснение информации (ст.26 законопроекта в ред. от 9 мая 2012 г.). (3). В ст. 35 законопроекта затронуты вопросы межведомственного взаимодействия при организации социального обслуживания. Современное общество нуждается также в установлении основ взаимодействия государственных социальных служб, уполномоченных органов и представителей негосударственного сектора, в том числе лиц, оказывающих добровольческую помощь (волонтеров). Практика показывает, что государство в лице социальных служб, органов социальной защиты населения - не принимает помощь со стороны негосударственного сектора, в том числе и тогда, когда потребность в ней неоспорима, а путей конструктивного взаимодействия стороны не находят. (4). Идеология законопроекта в целом не ясна. Базовыми нормами в нем должны быть: не дискриминация, равноправие. В то же время, закладываемые в законопроект нормы по ограничениям в возможности получения социальных услуг при помощи государства противоречат требованиям Конвенции ООН о правах инвалидов, а также конституционному принципу соразмерности (ч. 3 статьи 55 Конституции РФ). Эти нормы - п. 1 ч. 2 ст.6, п. 9 ст. 3, пунктов 2, 6 части 1 статьи 18, ч. 4 статьи 21, ч. 2 ст. 24, чч. 7, 8 статьи 25, ч. 3 статьи 27,пункты 3,4 части 5 статьи 27, второй абзац части 8 ст. 27,п.1, 2, 5, 6 части 3 ст. 28, пп. 1 ч. 4 ст. 28, п. 1, 4 ч. 1 ст. 37 законопроекта - ставят возможность получения социальных услуг в зависимость от наличия определенного правового статуса (ребенок-инвалид, инвалид, пенсионер), от наличия заболевания, которое требует лечения, от проживания на определенной территории, а также, например, при установлении условий оплаты социального обслуживания - от наличия родственников. Например, при отсутствии, статуса инвалидности, но при наличии заболевания, требующего лечения, гражданину могут отказать в реабилитационных услугах и в социальном обслуживании. Данный подход к ограничению права на получение помощи государства в социальном обслуживании, в ряде случаев несоразмерен объективной необходимости таких ограничений, либо прямо противоречит назначению социального обслуживания или статье 26 Конвенции ООН о правах инвалидов. (5). В ст. 21 законопроекта включена норма о принудительном помещении человека в стационар, если он не может обслуживать себя самостоятельно, и при условии отсутствия у него родственников. Здесь скрыт значительный коррупционный риск (завладение жилой собственностью одинокого больного человека), который прямо противоречит концепции вывода человека из трудной жизненной ситуации. Должны быть и другие, альтернативные формы предоставления услуг на дому, если человек не захочет переезжать в стационар. Необходимо заложить в концепцию законопроекта и оформить в виде специальной нормы мысль о том, что стационарная форма социального обслуживания является крайней мерой из всех предложенных форм социального обслуживания (6). Современные модели подхода к социальной работе основаны на уважении прав и достоинств личности нацелены на индивидуальный подход и максимальный результат интеграции в сообщество, но они не реализуются в существующей системе социального обслуживания. Предлагаемые в законопроекте виды и формы услуг сами по себе не гарантируют достижение конечной цели социального обслуживания – вывод гражданина (семьи) из трудной жизненной ситуации. Этот законопроект в действительно трудных случаях не достигнет этой цели, т.к. мы имеем набор услуг без оценки трудной жизненной ситуации, у нас возникают проблемы координации по проблемам трудной жизненной ситуации и т.п.. Альтернативой является только технология сопровождения, которая вводит главный принцип, когда клиент становится партнером по отношению к службе Гражданин (семья) становится соучастником процесса, усиливается его(ее) ответственность, а значит, меньше возникает рецидивов трудной жизненной ситуации. (7). В сегодняшнем виде, законопроект несет в себе риски наступления на социальные гарантии бесплатного социального обслуживания граждан (семей), что может вызвать общественное недовольство и стать поводом для широких общественных выступлений. В законопроекте отсутствуют федеральные гарантии по видам и объему социальных услуг, которые предоставляются гражданам при помощи государства. Объем возможного бесплатного социального обслуживания отдан на усмотрение субъекта РФ (ч. 1 ст. 37). (8). Согласно законопроекту, критерии определения категорий граждан, которые могут получать социальные услуги бесплатно (за счет государства), - доходы гражданина, находящегося в трудной жизненной ситуации, - не должны превышать величину прожиточного минимума, установленного в субъекте РФ (п. 1ч.1 ст. 37). В связи с этим не решена одна из основных задач законопроекта - ликвидация региональных различий в гарантиях по социальному обслуживанию, что не позволяет обеспечивать единые для страны требования по социальному обслуживанию. (9). В последней версии законопроекта (редакция от 09.05.2012г.) отсутствует упоминание о том, что комплексную оценку трудной жизненной ситуации гражданина (семьи) и соответствующий данной ситуации индивидуальный набор мер и услуг, осуществляет комиссия, сформированная при заказчике услуг из состава экспертов и НКО, профессионально работающих в данной сфере. Это значительно сузило возможность влияния общественных институтов на принятие решений в отношении гражданина (семьи) и, соответственно, возможность влияния на качество услуг со стороны общественности. (10). В законопроекте отсутствуют требования к квалификации персонала, работающего с населением, и его морально-этическим качествам, что явно не соответствует международной практике и стандартам. (11). Система контроля качества и безопасности социального обслуживания, предложенная в законопроекте регламентирует оценку процедур предоставления услуг, но не регламентирует оценку качества и результативности услуг, в том числе с точки зрения их получателей, а также с точки зрения концепции законопроекта об общественном контроле. В законопроекте вообще потеряна роль профессиональных сообществ, как саморегулируемых организаций, как со стороны включения их в систему контроля качества услуг, так и со стороны предоставления им возможности влияния на структуру социальных услуг. (12). По мнению ряда членов Комиссии, данный законопроект, кроме некоторых финансовых улучшений и систематизации видов услуг, ничего не продвигает, в нем нет никакого комплекса. Его главная ошибка в том, что опять выстроена вертикаль взаимодействия, а обществу требуются горизонтальные взаимосвязи. Учитывая рассмотренные проблемы и задачи социальной политики в целом, заслушав мнение экспертов и членов Комиссии по предложенному проекту Федерального закона «Об основах социального обслуживания населения в Российской Федерации» (версия от 09.05.2012г.), Комиссия Общественной Палаты РФ по социальной политике, трудовым отношениям и качеству жизни пришла к следующему ВЫВОДУ: Задачи модернизации социальной сферы и повышения эффективности бюджетных расходов, требуют более жесткой нацеленности государства на достижение поставленных результатов. Социальное обслуживание, как вид деятельности, не всегда решает проблему преодоления гражданами (семьями) трудной жизненной ситуации, т.к. ориентировано на дискретные услуги, каждая из которых работает на свой, а не на конечный результат. В большинстве случаев необходим комплекс межведомственных мер. Кроме того, социальное обслуживание осуществляется по заявительному принципу, т.е. после наступления трудной жизненной ситуации, поэтому профилактические возможности социального обслуживания ограничены. Россия, как социальное государство, гарантирующее своим гражданам поддержку в случае попадания в трудную жизненную ситуацию, и с целью ее преодоления, должна изменить в целом концепцию своей социальной политики, изменив ее вектор. Требуется полное изменение парадигмы социальной работы в России. Гражданин больше не должен рассматриваться как пассивный получатель различного вида социальной помощи (в т.ч. услуг), назрела необходимость в структуру социальной поддержки в форме услуг ввести понятие «социальное сопровождение». В данном случае система социального обслуживания в традиционном ее понимании будет лишь частью услуг в комплексе мер социального сопровождения. Поэтому проект Федерального закона «О социальном обслуживании в Российской Федерации» требует полного пересмотра. Необходимо возвращение в него идеи профилактической направленности социальных услуг, которая может быть реализована через развитие института социального сопровождения (в т.ч.: социально-психологического, социально-педагогического, социально-бытового и т.п.), а также за счет расширения и уточнения инструментов вовлечения в процесс социального сопровождения негосударственных поставщиков социальных услуг. Учитывая сделанный вывод, в целях достижения консенсуса в понимании стратегии развития сферы социального обслуживания в Российской Федерации, как разработчиками проекта Федерального закона «Об основах социального обслуживания в Российской Федерации», так и экспертами и общественностью, Комиссия Общественной палаты РФ по социальной политике, трудовым отношениям и качеству жизни ПРЕДЛАГАЕТ: 1. Направить в Министерство труда и социальной защиты Российской Федерации рекомендации Комиссии с целью пересмотра концепции проекта Федерального закона «Об основах социального обслуживания» в направление концепции социального сопровождения. 2. Обратиться к Вице-премьеру Правительства Российской Федерации по социальной политике с просьбой: • о перенесении сроков внесения проекта Федерального закона «Об основах социального обслуживания в Российской Федерации» в Государственную Думу РФ на более поздний период; • о включении в группу разработчиков проекта Федерального закона «Об основах социального обслуживания в Российской Федерации» экспертов, которые будут рекомендованы Комиссией Общественной палаты РФ по социальной политике, • о создании при Вице-премьере Правительства РФ Экспертного совета по разработке Концепции модернизации социальной политики в Российской Федерации. 3. Внести в план работы Комиссии Общественной палаты РФ по социальным вопросам, трудовым отношениям и качеству жизни на ___ 2012 года созыв очередного заседания Комиссии с целью обсуждения новой концепции Федерального закона «Об основах социального сопровождения в Российской Федерации».

selena: Далее события развивались следующим образом: 1 августа состоялась встреча представителей ОП РФ с Вице-премьером О.Ю.Голодец, министром Топилиным и другими представителями Минтруда и соцзащиты. Кроме того, на встрече присутствовали представители Минфина, Минэкономразвития и пр. В ходе встречи Вице-премьером было предложено подготовить Концепцию модернизации законопроекта и системы социальной защиты с учетом предлагаемого нами перехода от социального обслуживания к социальному сопровождению. По результатам этого поручения, при Комиссии по социальной политике была создана рабочая группа, обсуждавшая Концепцию в течение 2-х недель в том числе с участием членов КС - БЛ Альтшулер, ЦЛП (Москва), М. Соколова, С.Колосков, Арди "Свет" и пр. Обсуждение происходило в рамках предложенного техзадания см.здесь http://files.mail.ru/0AVGF0 По итогам обсуждения предложения были сведены в табличной форме экспертом Палаты Л.Рагозиной Вариант 1 - предложения БЛ Альтшулера, Вариант 2 - предложения М.Соколовой, здесь http://files.mail.ru/RTLGG5 Вариант 3 - средней радикальности здесь http://files.mail.ru/PQDYZV Сравнительная таблица вариантов здесь http://files.mail.ru/BQUBKK



полная версия страницы