Форум » Вопросы законодательства » Закон о соцобслуживании » Ответить

Закон о соцобслуживании

selena: Коллеги! Обсуждаем проект закона "О социальном обслуживании населения в РФ", пересланный Б.Л.Альтшулером.

Ответов - 92, стр: 1 2 3 4 5 6 7 All

linas: Меня полностью устраивает текст заявления , расчитанный на возвращение закона на доработку. Меня смущает только следующий момент-как ни дорабатывай закон о соцобслуживании ,он обойдет вопрос дееспособности и другие важнейшие вещи.Существующий закон о Социальной защите инвалидов от 1995 года ,даже с позднейшими редакциями устарел и не соответствует концепции Конвенции о правах инвалидов. Считаю необходимым предложить принятие Закона о " гарантиях прав инвалидов " ,который полностью бы соответствовал Конвенции идеологически, т.е. самостоятельное и независимое проживание ,а тогда закон о соцобслуживани ИНВАЛИДОВ И ИХ СЕМЕЙ будет как составная часть или продолжение и полная расшифровка темы соцуслуг. Менять надо законодательство об инвалидах капитально.

Исток: Уважаемые коллеги, по тексту Обращения, я думаю, что все принципиально важные моменты учтены, а корректировать и вносить поправки можно до бесконечности. В общем, нужно рассылать для сбора подписей.

Juliachernova: Текст Обращения поддерживаю. Давайте переходить к подписанию.

Андрей Царев: Обращение составлено достаточно убедительно. Будеи надеятся, что аргументация будет принята и продвижение законопроекта будет остановлено. Спасибо, Лена!

Светлана Бейлезон: Несколько дополнительных комментариев (прошу прощения, я не юрист, а потенциальный «потребитель услуг») Гл. II , ст. 3, п. 3 Наряду с ПРОФИЛАКТИЧЕСКОЙ направленностью социального обслуживания следовало бы предусмотреть следующим пунктом КОРРЕКЦИОННУЮ направленность для работы с людьми, на момент выявления находящимися в непредотвращенной тяжелой жизненной ситуации. Гл. II , ст. 4, п. 3 Положение «Государство обеспечивает гражданам (семьям), находящимся в трудной жизненной ситуации, равные возможности в получении социальных услуг независимо от пола, расы, возраста, национальности, языка, социального происхождения, должностного положения, места жительства….») фактически аннулируется положением, изложенным в ст. 5, п. 2, где доступность соцобслуживания ставится в прямую зависимость от нормативной базы и ресурсов государства – и следовательно, непредоставление услуг всегда может происходить на законном основании: «2. Доступность социального обслуживания населения обеспечивается: 1) наличием поставщиков социальных услуг; 2) наличием социальных работников; 3) достаточностью финансовых ресурсов; 4) транспортной доступностью поставщиков социальных услуг и социальных работников; 5) стандартизацией социальных услуг». Кроме того, в законопроекте отчетливо ущемляются права лиц с психическими расстройствами, ибо речь идет не о социально опасных СОСТОЯНИЯХ психически больных, препятствующих предоставлению им социальных услуг, а о МЕДИЦИНСКИХ ДИАГНОЗАХ, не имеющих отношения к принципам равных прав на получение социальной помощи. Также нет и намека на градацию степени социальной поддержки в зависимости от степени ограничений жизнедеятельности, которая должна закономерно повлечь за собой расширение спектра социальных услуг.

Ada: Менять законодательство об инвалидах и социальной поддержке необходимо, это понятно и стандарты тоже нужны (а их пока нет). Текст заявления устраивает согласна, с предыдущими коментариями, что улучшать можно до бесконечности, а обращение очень хорошее. ЗА!

Наталья Гузик: Очень извиняюсь, но в своем ответном письме Борису Львовичу и далее всем по списку, я предлагала такую редакцию отдельных пунктов письма: п.1. Так, если в статье 2 законопроекта вводится обобщенное понятие «поставщик социальной услуги» - «юридическое лицо независимо от организационно-правовых форм и форм собственности» и в Пояснительной записке к законопроекту декларируется его инновационная направленность в части регламентации «размещения государственного (муниципального) заказа, государственной поддержки социально-ориентированных некоммерческих организаций, благотворительной деятельности, добровольчества и т.д.», то в одобренном руководством Минздравсоцразвития РФ в декабре 2011 г. тексте законопроекта вообще исчезли слова «государственный (муниципальный) заказ» и оставлена только регламентация сугубо ведомственного финансирования социальной сферы в порядке «государственного задания». И не случайно. П. 8 статьи 15 законопроекта устанавливает, что «8. Субъекты Российской Федерации ведут реестры бюджетных, автономных и казенных учреждений социального обслуживания населения, находящихся в ведении органов государственной власти субъектов Российской Федерации…» и ни слова не говорит о реестрах социально ориентированных НКО. Выглядит всё это как наивное детское лукавство (мол руководство прочтёт только Пояснительную записку), но на самом деле – это очень опасная попытка высоких чиновников сохранить полную монополию государственных ведомств на предоставление социальных услуг – в прямом противоречии с установками высшего руководства Российской Федерации, неоднократно озвученном как ими самими, так и региональными руководителями - о необходимости не только роста, но и оптимизации затрат в виде привлечения в сектор услуг малого бизнеса, НКО и других. Именно монополизм, совмещение в одном «ведомственном лице» функций заказчика и исполнителя социального обслуживания является главной причиной неэффективности и затратности сложившейся в нашей стране социальной системы. В связи с этим мы считаем, что данный системообразующий закон должен принципиально «развести» функции заказчика и исполнителя социальных услуг, определив, что субъекты РФ вправе осуществлять финансовую поддержку привлеченного «заказчиком» поставщика социальной услуги как в порядке традиционного государственного задания, так и в порядке государственного (муниципального) заказа. Полагаем, что в данном законе должно быть регламентировано создание «вневедомственной социальной вертикали» межведомственных координирующих органов: «социальных комиссий субъекта РФ» и далее – в порядке наделения органов местного самоуправления полномочиями субъекта РФ по координации деятельности в социальной сфере – «муниципальных социальных комиссий». В данной организационной конструкции, в прямом соответствии с лучшим мировым опытом организации социальной работы, именно приближенные к населению органы местного самоуправления в лице указанных «муниципальных социальных комиссий» выступают в роли вневедомственного заказчика услуг, необходимых для реализации мероприятий индивидуальных программ социального «сопровождения случая». п. 2. Если в Пояснительной записке декларируется профилактическая направленность социального обслуживания (что, конечно же, предполагает организацию работы в социальной среде – в нестационарных условиях (улица, двор, дискотека, место работы, учебы) и по месту проживания (на дому)), и если в поистине вдохновляющей статье 12 законопроекта дается исчерпывающее определение трудных жизненных ситуаций, при которых «гражданину (семье)… государство гарантирует социальное обслуживание и получение социальных услуг», то другие статьи законопроекта полностью перечеркивают эти декларации. Виды социальных услуг, предоставляемых в нестационарных условиях или на дому существенно сужены в сравнении с перечнем услуг в стационаре (ст. 14), установлена платность большинства услуг в нестационарных условиях и на дому (ст. 18), предельно ограничены (что поражает при сопоставлении со статьей 12 законопроекта) категории граждан (семей), которым предоставляются услуги на дому и в нестационарных условиях (ст. 13). Да мы ценим, что законопроект устанавливает бесплатное социальное обслуживание на дому семей с детьми-инвалидами. Но, во-первых, при такой постановке вопроса, из сферы деятельности закона выпадают семьи, воспитывающие малышей, нуждающихся в абилитационных мероприятиях ДО установления инвалидности (в ранней помощи), которая, не смотря на затратность, в долгосрочной перспективе возвращает в строй здоровых до 80% (по данным ИКП) граждан России, а, во-вторых, по достижении ребенком-инвалидом 18 лет родители будут вынуждены, согласно законопроекту, сдать его в интернат, что по-человечески – варварство, а с точки зрения экономии бюджетных средств – абсурд, поскольку обеспечение жизни в интернате в разы дороже любого сопровождения по месту проживания. Но «абсурдом» это является с государственной, но отнюдь не с ведомственной позиции. Руководство Минздравсоцразвития, предлагающее закон, дающий всевозможные приоритеты стационарному обслуживанию, очевидно заинтересовано в сохранении интернатной системы – как основания для получения немалых ежегодных бюджетных ассигнований. Далее меня все более-менее устраивает. Еще раз повторяю: предлагаемые изменения, на мой взгляд, существенны для решения нашего вопроса об отсрочке и дальнейшей выработке такого закона, который нужен всем. Других замечаний у меня нет и я согласна подписывать письмо.

murman: Присоединяюсь к подписанию письма в полном объеме.

selena: Последний вариант обращения, предложенный БЛ Альтшулером Проект Обращение Координационного Совета по делам детей-инвалидов и других лиц с ограничениями жизнедеятельности при Комиссии Общественной Палаты Российской Федерации по социальной политике, трудовым отношениям и качеству жизни граждан. Новый Федеральный закон «Об основах социального обслуживания населения в Российской Федерации» - основа модернизации социальной сферы России. О необходимости доработки законопроекта с участием общественности. Президенту Российской Федерации В Правительство РФ В Государственную Думу ФС РФ В Минздравсоцразвития России В конце декабря 2011 г. Министерство здравоохранения и социального развития России представило в Правительство РФ на согласование проект Федерального закона «Об основах социального обслуживания населения в Российской Федерации», который призван стать основой модернизации социальной системы нашей страны, включая приведение социальной нормативно-правовой базы РФ в соответствие с Конвенцией ООН о правах инвалидов. Данный законопроект впрямую затрагивает интересы наиболее незащищенного контингента детей и взрослых, в защиту которых мы выступаем, но сфера его применения, несомненно, гораздо шире, также как очевидно, что данный закон должен иметь системообразующий характер. К сожалению, поистине инновационные приоритеты, заявленные в Пояснительной записке к данному законопроекту и отраженные в ряде его статей полностью перечеркиваются основным текстом законопроекта, который претерпел изменения в худшую (в угоду ведомственным интересам) сторону даже в сравнении с вариантом, представленным на обсуждение общественности в сентябре 2011 года. К примеру, из основного текста «декабрьского» законопроекта полностью удалены слова «государственный (муниципальный) заказ» - как механизм бюджетного финансирования социально ориентированных некоммерческих инициатив. Заявленная профилактическая направленность социального обслуживания не согласуется с устанавливаемыми законом преимуществами обслуживания в интернатах в сравнении с обслуживанием по месту проживания (на дому) и в нестационарных условиях (улица, двор, дискотека, место работы, учебы). Вдохновляющая статья 12, в которой дается практически исчерпывающий перечень трудных жизненных ситуаций, при которых «гражданину (семье)… государство гарантирует социальное обслуживание и получение социальных услуг», аннулируется другими статьями, существенно ограничивающими категории граждан (семей), которым предоставляются услуги на дому либо в нестационарных условиях. Законопроект противоречит статье 7 Конституции РФ («Российская Федерация – социальное государство…»), поскольку в статье 21 устанавливает, что государственные стандарты социальных услуг утверждаются на уровне субъектов РФ. И самое главное: в законопроекте отсутствует основная, принятая во всём мире и практикуемая многими НКО в России форма социальной работы, именуемая «сопровождение» – ориентированная на результат, междисциплинарная плановая работа «со случаем» (именно о сопровождении замещающих семей говорил Президент России в Послании Федеральному Собранию 22 декабря 2011 г.) Соответственно в законопроекте не регламентирован и порядок разработки и назначения индивидуальных программ сопровождения (ИПС), нигде не поминается максимально приближенный к населению орган местного самоуправления, который, опять же согласно мировой практике, является координатором всей социальной работы на подведомственной территории и тем самым выступает в роли «вневедомственного» заказчика индивидуальных программ. Тогда как исполнителями мероприятий ИПС, т.е. «поставщиками социальных услуг», могут быть организации любого подчинения и любой формы собственности, включая социально ориентированные НКО. В сегодняшней России положение граждан (семей), находящихся в трудной жизненной ситуации, включая представителей уязвимых групп населения, - катастрофическое. В первую очередь, потому что отсутствует система оказания помощи и взрослым и детям («Системы защиты детства в стане просто нет», - Д.А. Медведев, март 2009 г.). Данный закон должен выстроит эту систему, выстроить межведомственную координирующую «социальную вертикаль». В правовом поле Российской Федерации в применении к социальной сфере защиты детства и семей с детьми роль такой координирующей «вертикали» призваны исполнять коллегиальные комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав трех уровней (федеральный, региональный, муниципальный), соответствующая реформа которых осуществляется в настоящее время согласно Поручению Президента РФ от 16.12.2010 г. и Поручению Правительства РФ от 24.02.2011 . Возможно следует ставить вопрос о принципиальном расширении межведомственного координирующего функционала этих комиссий, включения в него всей социальной сферы. С учетом вышеизложенного, по нашему мнению, законопроект не должен приниматься в существующем виде и требует существенной переработки. Мы предлагаем свое участие в процессе доработки законопроекта «Об основах социального обслуживания населения в Российской Федерации». Подробнее наши предложения по совершенствованию законопроекта см. в прилагаемом материале. Подписи членов Координационного Совета 34 организации из 16 регионов России ПРИЛОЖЕНИЕ Координационный Совет по делам детей-инвалидов и других лиц с ограничениями жизнедеятельности при Комиссии Общественной Палаты Российской Федерации по социальной политике, трудовым отношениям и качеству жизни граждан сформированный на Учредительной конференции в Общественной палате РФ 21 декабря 2011 г., обращается с нижеследующим: В ходе организованного Минздравсоцразвития России общественного обсуждения законопроекта по сетевому адресу s.zakon-form.ru (с 5.09 по 5.10.2011 г.) многими организациями, вошедшими позднее в Координационный Совет и включающими родительские общественные объединения и НКО помощи инвалидам, был направлен ряд аргументированных предложений и поправок в проект Закона на указанный сайт. Предложенные членами Совета поправки касались, прежде всего, необходимости учета острого социального запроса на модернизацию системы социального обслуживания, что предполагает изменение идеологии в работе существующей системы, разработку и формирование новых подходов, которые базируются на принципах системы социального сопровождения людей и социальных групп, находящихся в трудной жизненной ситуации. Различие в системах «обслуживания» и «сопровождения» носит основополагающий системный характер, поскольку методологические положения системы планового, ориентированного на результат междисциплинарного сопровождения предлагают: - в профессиональных подходах специалистов - инструменты учета оценки всей «трудной жизненной ситуации» , которая разрешается в сотрудничестве с клиентом и в соответствии с запросом клиента с целью достижения нормализации его жизни (разрешения трудной жизненной ситуации, максимальной социальной интеграции); - в управлении – организация межведомственного/межсекторного взаимодействия, что требует четкого разделения межведомственного «заказчика» индивидуальных программ сопровождения и их исполнителей; - в обеспечении - проектные подходы в планировании бюджетов. Однако, ознакомившись с проектом Закона, представленным на согласование в Правительство РФ, мы ответственно заявляем, что наши предложения учтены не были, более того, представленный в Правительство РФ проект претерпел изменения в худшую сторону по сравнению с первоначально представленным на обсуждение в сентябре 2011 г. Лишь некоторые пункты: 1. Так, если в статье 2 законопроекта вводится обобщенное понятие «поставщик социальной услуги» - «юридическое лицо независимо от организационно-правовых форм и форм собственности» и в Пояснительной записке к законопроекту декларируется его инновационная направленность в части регламентации «размещения государственного (муниципального) заказа, государственной поддержки социально-ориентированных некоммерческих организаций, благотворительной деятельности, добровольчества и т.д.», то в одобренном руководством Минздравсоцразвития РФ в декабре 2011 г. тексте законопроекта вообще исчезли слова «государственный (муниципальный) заказ» и оставлена только регламентация сугубо ведомственного финансирования социальной сферы в порядке «государственного задания». И не случайно п. 8 статьи 15 законопроекта устанавливает, что «8. Субъекты Российской Федерации ведут реестры бюджетных, автономных и казенных учреждений социального обслуживания населения, находящихся в ведении органов государственной власти субъектов Российской Федерации…» и ни слова не говорит о реестрах социально ориентированных НКО. Выглядит всё это как наивное детское лукавство (мол, руководство РФ прочтёт только Пояснительную записку). Но на самом деле – это очень опасная попытка высоких чиновников сохранить полную монополию государственных ведомств на предоставление социальных услуг – в прямом противоречии с установками высшего руководства Российской Федерации, неоднократно озвученными ими самими, а также руководителями многих регионов. Повторим: суть этих установок – о необходимости привлечения в сектор социальных услуг малого бизнеса и НКО – декларируется в Пояснительной записке, но полностью игнорируется в тексте законопроекта. Именно монополизм, совмещение в одном «ведомственном лице» функций заказчика и исполнителя социального обслуживания является одной из главных причиной неэффективности и затратности сложившейся в нашей стране социальной системы. В связи с этим мы считаем, что данный системообразующий закон должен принципиально «развести» функции заказчика и исполнителя социальных услуг, определив, что субъекты РФ вправе осуществлять финансовую поддержку привлеченного «заказчиком» поставщика социальной услуги как в порядке традиционного государственного задания, так и в порядке государственного (муниципального) заказа. Полагаем, что в данном законе должно быть регламентировано создание «вневедомственной социальной вертикали» межведомственных координирующих органов: «социальных комиссий субъекта РФ» и далее – в порядке наделения органов местного самоуправления полномочиями субъекта РФ по координации деятельности в социальной сфере – «муниципальных социальных комиссий». В данной организационной конструкции, в прямом соответствии с лучшим мировым опытом организации социальной работы, именно приближенные к населению органы местного самоуправления в лице указанных «муниципальных социальных комиссий» выступают в роли вневедомственного заказчика услуг в рамках индивидуальных программ социального «сопровождения случая». 2. В Пояснительной записке декларируется профилактическая направленность социального обслуживания, что, конечно же, предполагает организацию работы в социальной среде, т.е. по месту проживания (на дому) и в нестационарных условиях – это место работы, учебы и т.п. А в замечательной статье 12 законопроекта дается практически исчерпывающий перечень трудных жизненных ситуаций, при которых «гражданину (семье)… государство гарантирует социальное обслуживание и получение социальных услуг». Приведем это перечень полностью, потому что за каждым его пунктом – человеческая беда, требующая помощи, и потому что каждая из этих категорий является также и предметом внимания НКО. Итак: Статья 12. Основания для признания граждан (семей) нуждающимися в социальном обслуживании 1. Социальное обслуживание осуществляется в отношении граждан (семей), находящихся в трудной жизненной ситуации. 2. Гражданин (семья) может быть признан находящимся в трудной жизненной ситуации по следующим основаниям: 1) частичная или полная утрата способности к самообслуживанию и/или передвижению в связи с преклонным возрастом (женщины старше 55 лет, мужчины старше 60 лет), болезнью и/или инвалидностью; 2) сиротство, безнадзорность и беспризорность несовершеннолетних; З) семейное неблагополучие (конфликты, жестокое обращение в семье, асоциальное поведение детей и/или родителей); 4) наличие ВИЧ-инфицированных членов семьи, членов семьи с устойчивой наркотической или алкогольной зависимостью; 5) наличие в семье инвалидов и/или детей-инвалидов; 6) признание гражданина (семьи) малоимущим (малоимущей) в установленном порядке; 7) отсутствие определенного места жительства и определенных занятий, в том числе в связи с освобождением из мест лишения свободы; 8) ущерб в результате чрезвычайных ситуаций, вооруженных и межэтнических конфликтов, противоправных действий других лиц. Полагаем, что пункт 2 следовало бы дополнить категорией лиц из числа детей-сирот, вышедших из-под государственной опеки в связи с достижением совершеннолетия, до 23 лет. Вероятно, что-то ещё в перечне и упущено, но с другой стороны каждый его пункт можно трактовать расширительно. А значит остро встает вопрос о механизме признания гражданина (семьи) находящимся в трудной жизненной ситуации. Кто это делает и по какой процедуре? Этот системный вопрос в законопроекте полностью игнорируется, мы это обсуждали выше в п. 1. А здесь мы обращаем внимание, что указанный масштабный инновационный «замах» статьи 12 законопроекта (государство гарантирует помощь во всех вышеперечисленных ситуациях) полностью перечеркивается всеми другими его статьями. Виды социальных услуг, предоставляемых в нестационарных условиях или на дому существенно сужены в сравнении с перечнем услуг в стационаре (ст. 14), установлена платность большинства услуг в нестационарных условиях и на дому (ст. 18), предельно ограничены (что поражает при сопоставлении со статьей 12 законопроекта) категории граждан (семей), которым предоставляются услуги на дому и в нестационарных условиях (ст. 13). Да мы ценим, что законопроект устанавливает бесплатное социальное обслуживание на дому семей с детьми-инвалидами. Но, во-первых, при такой постановке вопроса из сферы обслуживания на дому выпадают сотни тысяч, если не миллионы, семей с детьми «с ограниченными возможностями здоровья», не имеющими статус ребенка-инвалида, во-вторых семьи, воспитывающие малышей, нуждающихся в абилитационных мероприятиях ДО установления инвалидности; между тем профилактическая ранняя помощь всегда менее затратна, чем реабилитация ребенка-инвалида в более позднем возрасте, не говоря о том, что ранняя коррекция спасает от инвалидности до 80% детей с нарушениями в развитии. А в-третьих, согласно законопроекту, по достижении ребенком-инвалидом 18 лет родители будут вынуждены сдать его в интернат, что по-человечески – варварство, а с точки зрения экономии бюджетных средств – абсурд, поскольку обеспечение жизни в интернате в разы дороже любого сопровождения по месту проживания. Но всё это является «абсурдом» с государственной, но отнюдь не с ведомственной позиции. Руководство Минздравсоцразвития, предлагающее закон, дающий всевозможные приоритеты стационарному обслуживанию, очевидно заинтересовано в сохранении интернатной системы – как основания для получения немалых ежегодных бюджетных ассигнований. 3. В Пояснительной записке совершенно справедливо говорится о принципиальной важности установления государственных стандартов социальных услуг. Но статья 21 законопроекта устанавливает, что «3. Государственные стандарты социальных услуг утверждаются органами государственной власти субъектов Российской Федерации и являются». Очевидно руководство Минздравсоцразвития не знакомо с текстом Конституции Российской Федерации и «забыло», что стандарты устанавливаются соответствующими федеральными ГОСТами. 4. И главное, о чем мы не раз упоминали: в законопроекте отсутствует понятие, являющееся основой успешности, результативности любой социальной работы, что доказано и мировым опытом, и опытом работы российских НКО: плановое продленное междисциплинарное предоставление услуг, именуемое «сопровождением в соответствии с потребностями клиента». В обсуждаемом законопроекте перечислены разные отдельные виды социальных услуг и «забыто», что находящийся в трудной жизненной ситуации «клиент» (гражданин, семья) – один, но с разными потребностями. В связи с этим считаем необходимым внести в законопроект понятия: - «социальное сопровождение», как комплекс социальных услуг, обеспечивающий непрерывность и преемственность поддержки гражданина (семьи), оказавшегося в трудной жизненной ситуации во всех необходимых областях жизнедеятельности с целью его максимальной социальной реабилитации/интеграции; - «индивидуальная программа социального обслуживания» («индивидуальная программа сопровождения»), разрабатываемая по поручению муниципальной социальной комиссии (см. выше п. 1) и ею же утверждаемая; и та же вневедомственная, межсекторная муниципальная комиссия определяет исполнителей данной программы – поставщиков социальных услуг, а значит получателей бюджетного финансирования в порядке государственного задания либо государственного (муниципального) заказа. Необходимо также внести в законопроект такие, «сопутствующие» и уточняющие понятия как: - «поддерживающее лицо» - прикрепленный социальный работник, ответственный за организацию мероприятий в рамках данной индивидуальной программы сопровождения; - «сопровождаемое проживание», включая вариант предоставления социального жилья «с поддерживающими услугами»; - «сопровождаемое обучение» - это отдельная большая тема организации инклюзивного образования; в этом вопросе объективно перекрываются обсуждаемый «социальный» законопроект и проект закона «Об образовании в Российской Федерации», призванный реализовать Национальную образовательную инициативу Президента РФ «Наша новая школа»; - «сопровождаемое трудоустройство» - комплекс мер по помощи в трудоустройстве, обучению профессиональным навыкам непосредственно на рабочем месте и социальной адаптации человека с инвалидностью к выполнению трудовых обязанностей, включая дорогу к месту работы и обратно; - «специалист по социальной работе», «наставник», «социальная няня» - прошедшие краткосрочную подготовку не имеющие специального образования штатные сотрудники индивидуальных программ сопровождения. Также важнейшими инструментами и формами организации социально-реабилитационной работы являются выездные мобильные бригады, участковые социальные службы, родительские клубы, телефонные «горячие линии» и т.п. Подлежит обсуждению, какие из указанных понятий и форм работы следует устанавливать законом, а какие должны быть введены в подзаконных актах – соответствующих регламентах и т.п. Данные предложения полностью соответствуют интересам и ожиданиям лиц с инвалидностью и их семей, в защиту которых выступает Координационный совет. И они согласуются с требованиями и принципами Конвенции ООН о правах инвалидов – см. прилагаемую Справку. Справка. Из ст. 19 Конвенции ООН о правах инвалидов «Государства-участники настоящей Конвенции признают равное право всех инвалидов жить в обычных местах проживания, при равных с другими людьми вариантах выбора, и принимают эффективные и надлежащие меры для того, чтобы содействовать полной реализации инвалидами этого права и их полному включению и вовлечению в местное сообщество, в том числе обеспечивая, чтобы: a) инвалиды имели возможность выбирать наравне с другими людьми свое место жительства и то, где и с кем проживать, и не были обязаны проживать в каких-то определенных жилищных условиях; b) инвалиды имели доступ к разного рода оказываемым на дому, по месту жительства и иным вспомогательным услугам на базе местного сообщества, включая персональную помощь, необходимую для поддержки жизни в местном сообществе и включения в него, а также для недопущения изоляции или сегрегации от местного сообщества; c) услуги и объекты коллективного пользования, предназначенные для населения в целом, были в равной степени доступны для инвалидов и отвечали их нуждам.» Присоединились: Подписание в поддержку обращения проводится на интернет-форумах, в родительских общественных организациях, региональных ассоциациях и НКО помощи инвалидам

Яблочко: Спасибо. Подписываемся под каждым словом.

Светлана Бейлезон: Присоединяемся, конечно! Спасибо всем!

Наталья Гузик: Добрый день, друзья и коллеги. Мой вариант письма - http://zalil.ru/32601551 В качестве пояснения: я считаю, что расширительно закон никто трактовать не будет (кроме минздрава - в популистских целях), поэтому, необходимо внести в перечень лиц, нуждающихся в помощи, еще и семьи с детьми, включенными в программы абилитации/ранней помощи. Второе дополнение - о необходимости создания центров дневного пребывания для детей с многочисленными патологиями,которые сейчас никуда не принимаются. Светлана Бейлезон, рада видеть

koloskov: Добрый день, Борис и коллеги! Предлагаем дополнить текст письма от КС тем, что для многих из нас – родителей детей-инвалидов является самым «убийственным». Законопроект не предусматривает право инвалидов на получение такой помощи, которая позволит им избежать помещения в интернат, если они самостоятельно не могут удовлетворять свои жизненные потребности. И самым мучительным: Не предусмотрено право инвалидов на получение помощи и в тех случаях, когда она совершенно необходима им для участия в образовательной, трудовой, социально-бытовой и досуговой деятельности.

Яблочко: Очень ценное замечание, спасибо! Несомненно, это надо обязательно оговорить! Просто, понятно, человеческим языком сказано!

Наталья Гузик: С дополнением koloskov согласна! Отличное предложение. Если все наши предложения проходят, то я это обращение подписываю: Гузик Наталья председатель правления некоммерческого благотворительного просветительского фонда содействия абилитации детей с особенностями развития "ВИТА"



полная версия страницы